Autonews
Статьи Алина Распопова

Коммерческий директор Renault: «Половина клиентов выбирает топ-версии»

Коммерческий директор «Renault Россия» Филипп Тьер — о необходимости поддержки авторынка с помощью новых госпрограмм, росте цен, онлайн-продажах, подписке на автомобили и других трендах рынка
Фото: Renault

— Филипп, как вы оцениваете текущий год на автомобильном рынке России?

— Я работаю здесь с сентября 2018 г. и вижу, что в России все очень быстро меняется. Сейчас автомобильный рынок находится, скажем так, в состоянии стагнации. И это несмотря на такие программы поддержки, как, например, «Первый автомобиль», «Семейный автомобиль». К сожалению, даже их недостаточно, чтобы обеспечить стабильный рост продаж новых автомобилей в России.

Но для Renault текущий год стал успешным — в конце сентября мы смогли увеличить нашу долю рынка. Мы также успели воспользоваться преимуществами программ господдержки, по которым продали более 9 тыс. автомобилей — примерно 13% всего объема. Кроме того, в июле мы запустили важнейший для нас проект — начали продажи нового купе-кроссовера Arkana. Это стало событием не только для Renault, но, как мы считаем, и для всего российского авторынка.

— Рано или поздно у нас появится новый Duster. Будете ли вы продавать текущую и новую модель параллельно, как вы это делали в прошлый раз?

— Конечно, я не могу сообщить всех деталей. Но скажу так: на текущий момент жизненный цикл модели Duster составляет семь лет. Когда эта машина только пришла в Россию, она стала бестселлером сегмента. С тех пор модель пережила множество улучшений и до сих пор входит в топ-10 самых популярных машин в России. Кстати, в списке есть и Logan. Поэтому мы видим, что наши знаковые модели до сих пор популярны. Это не означает, что мы не будем меняться, отвечая на запросы покупателей. Но в настоящее время мы все еще видим большой потенциал текущей версии Duster.

— Renault в России ставила себе задачу выйти на новый, более высокий уровень восприятия. На рынке появился Kaptur, потом Koleos, теперь Arkana. А меняются ли клиенты?

— С того момента прошло всего около двух лет — совсем немного для того, чтобы полностью изменить имидж и восприятие бренда. Парк автомобилей Renault в России насчитывает около 1 млн единиц. И он олицетворяет собой не только настоящее, но и прошлое марки. Безусловно, для нас важно менять восприятие бренда.

Сейчас мы заняли серьезную долю рынка в разных сегментах — от автомобилей дешевле 600 тыс. руб. до моделей дороже 1,5 млн рублей. Раньше мы этого не делали. Имидж Renault меняется, но мы не отказываемся и от нашего прошлого. Мы по-прежнему очень горды нашим Logan. Конечно, мы стараемся отвечать всем запросам наших покупателей и фокусируемся на SUV. Мы видим хороший знак в том, что люди готовы тратить больше денег на более дорогие и хорошо оснащенные автомобили.

— При помощи Arkana вы хотели переманить клиентов из более высокого сегмента, которые оказались не готовы платить за автомобили, ставшие для них слишком дорогими. Получается?

— Да, модель Arkana действительно притянула в дилерские центры аудиторию, которой у нас раньше не было. Нашим клиентам в среднем больше 45 лет, а теперь к нам приходят покупатели, которым около 35 лет, таких у нас теперь около 25%. Две трети покупателей приходят к нам от других брендов. А если посмотреть на комплектации, то около половины клиентов выбирают топовые, более дорогие версии оснащения. Для Arkana большинство заказывают полный привод, новый турбированный мотор TCe 150 и бесступенчатую автоматическую коробку CVT X-Tronic нового поколения.

— Но ведь Kaptur тоже заявлялся как автомобиль для молодых…

— Думаю, автоэксперты больше волнуются по поводу каннибализации между Kaptur и Arkana, чем мы в компании. Могу сказать, что Kaptur отлично удерживает свои позиции. У этих моделей разные аудитории, а вместе они дают больше пространства для выбора. Kaptur больше подходит для роли семейного автомобиля. Arkana — для более молодых и свободных в этом плане водителей.

— Arkana задумывалась как модель в том числе для экспорта. В какие страны вы будете отправлять российские машины?

— Да, экспорт изначально был частью проекта. Сейчас мы уже экспортируем автомобили в страны СНГ. Это первый шаг. Следующий — экспорт в Монголию. У нас есть и другие перспективные направления, над которыми мы работаем. Есть много других стран, которые заинтересованы в этой модели.

— Насколько сложно сейчас в целом представлять новинки в России?

— У Renault есть проработанная долгосрочная стратегия. В России у нас мощная индустриальная база — завод, сильная команда инженеров. Для нас это страна с высоким потенциалом. Да, здесь не всегда стабильно, случаются периоды продолжительного роста и последующего затяжного падения экономики. Это жизнь. Но, что бы ни происходило, здесь всегда будет спрос на SUV. Иногда он замедляется, но тренд сохраняется. Наша тактика позволяет нам хорошо адаптироваться к ситуации.

— Но почему цены на автомобили постоянно растут даже у высоколокализированных брендов?

— У этого очень простое объяснение. Если поднять ставку НДС сразу на 2%, будут последствия. Также мы можем видеть некоторую нестабильность Forex. Это дополнительный стимул еще больше локализовать производство, максимально используя российские запчасти.

Новости 12 сентября 2019 Renault выпустит для Европы бюджетный кроссовер стоимостью 10 000 евро
Новости 11 октября 2019 Генерального директора Renault отправили в отставку

Наш общий уровень локализации достигает 64%, что защищает Renault от общего негативного влияния ситуации на Forex. Но когда рубль обесценивается, это все-таки отражается и на покупателях. При этом я считаю нашу ценовую политику весьма разумной. Мы стараемся делать наши автомобили доступными за счет того, что мы локализованы. Многое также зависит от позиции государства — будет ли оказываться поддержка автомобильной отрасли.

— Насколько сейчас рынку нужны новые программы стимулирования спроса?

— Как автопроизводитель мы не комментируем действий государства, а только адаптируемся под них. Мы определенно приветствуем любые программы поддержки спроса. «Первый автомобиль», «Семейный автомобиль» — такие инструменты сейчас были бы актуальны. Если мы будем знать, что в обозримом будущем у рынка будет господдержка, это позволит нам лучше планировать нашу работу и быть более конкурентоспособными. Но правила игры устанавливаем не мы.

— Renault активно развивает онлайн-продажи. Люди уже готовы покупать машины в интернете?

— В 2016 году мы запустили первый онлайн-шоурум — с тех пор было продано более 32 500 автомобилей. На сегодняшний день на традиционные продажи приходится 90%. То есть люди предпочитают приехать в автосалон, пообщаться с консультантами, вернуться домой, все обдумать, потом заказать машину и получить ее у дилера.

Но есть те, которые предпочитают другой путь. Если клиенту удобнее заказать машину онлайн, там же оплатить и получить ее у дверей собственного дома, мы готовы предложить и это. Дилеры в этой digital-истории — наши ключевые партнеры, без них все это было бы невозможно организовать. Мы не знаем, сколько людей выберет такой способ, мы не давим на выбор клиентов, но мы к нему готовы.

— Что думаете о таком тренде, как желание людей быть мобильными, но при этом не тратить деньги на покупку автомобилей? Что еще кроме каршеринга вы можете им предложить?

— Конечно, мы следим за всеми трендами — два-три года назад в России никто не знал о каршеринге. А теперь Москва обладает крупнейшим в мире автопарком машин каршеринга. Наши автомобили широко используются в различных сервисах. Кроме того, вместе с нашим партнером РН Банком мы предлагаем кредитную программу «Поехали!», по которой можно взять автомобиль в пользование на три года, делая соответствующие платежи.

Например, купе-кроссовер Renault Arkana в рамках программы может стать вашим с ежемесячным платежом от 6900 рублей. После чего машину можно вернуть банку и взамен взять новую либо оставить себе, выкупив ее или продлив кредит. Можно назвать это подпиской на автомобили, можно — арендой. Смысл остается один: наши клиенты получают мобильность. Renault в целом так и видит себя — не просто автопроизводителем, а именно поставщиком мобильности.